1975 г. «В ПЕСНЕ ПРАВДУ РАССКАЗАТЬ…»

Трудно ответить на вопрос, где более популярна эта певица – у себя в Польше или за ее пределами. Немало эстрадных звезд принимали минчане – и Рафаэля, и Эмила Димитрова, и Лолиту Торрес… Но театральные кассиры могут подтвердить, что такого ажиотажа вокруг билетов, как на концерт Анны Герман, давно уже не было. Все четыре гастрольных дня даже после начала концерта у входа в зал десятки людей долго еще томились в бесплодной надежде на «лишний билетик»…

Слава эстрадного артиста – пожалуй, самая капризная слава. Ибо нигде так быстро не меняются вкусы, стили и кумиры, как на эстраде. Анна Герман впервые выступила тринадцать лет назад. И если сегодня билеты на ее концерт исчезают прежде, чем появляются афиши, – значит, надо говорить не о моде или артистической удаче. Надо говорить о таланте.

По-видимому, все ожидали услышать в ее исполнении польские песни. И были приятно удивлены, услышав большинство из них на русском языке – наряду с песнями советских композиторов, которых так много в репертуаре Анны Герман. Есть здесь и русская народная песня «Из-за острова на стрежень», старинный романс «Гори, гори, моя звезда»… Вдобавок ко всему певица сама вела концерт, обнаружив при этом способности конферансье, чувство юмора и почти безукоризненное русское произношение.

Вот почему беседа с Анной Герман началась именно с этого вопроса:

– Где вы научились так хорошо говорить по-русски?

– Здесь, – улыбнулась артистка. – Я ведь родилась в Советском Союзе. Есть в Узбекистане такой город – Ургенч. Потом мы жили в Джамбуле, там я пошла в школу, окончила первый класс. В 1946г. наша семья переехала в Польшу. Мама до недавнего времени преподавала русский язык – могла ли я его забыть?

– А как вы стали артисткой?

– Когда я поняла, что без музыки, без пения мне жить будет неинтересно, – а это произошло после окончания школы, – я решила стать оперной певицей. Обратилась за советом к знающим людям и услышала авторитетное мнение, что с моим слишком высоким ростом на оперной сцене делать нечего. Мол, в партнеры такой солистке надо искать по меньшей мере Гулливера. Пришлось отказаться от несбыточной мечты и поступить на геологический факультет Вроцлавского Университета… В годы учебы я часто пела в кругу друзей, играла в студенческом театре «Каламбур» и выезжала на первые гастроли в Поморье. В 1962г., после сдачи последнего университетского экзамена, меня уговорили сдать еще один экзамен – на звание артиста эстрады. Комиссия попросила спеть меня весь репертуар, потом председатель сказал: «Простите, что заставили вас исполнить так много песен, но мы решили воспользоваться случаем побывать на приличном концерте, притом бесплатно»…

Так она стала артисткой. После стажировки в Италии Анна Герман с успехом гастролирует по стране и за рубежом. На песенном фестивале в Ополе «Танцующие Эвридики» приносят ей звание лауреата. Затем почетные награды в Сопоте и Остенде, успешные выступления на международных фестивалях в Сан-Ремо, Каннах, Неаполе. В 1967г. в итальянском городе Виареджо молодой польской певице присуждается специальный приз «Оскар дела симпатия» – вместе с такими кумирами итальянской публики, как Катарина Валенте, Адриано Челентано, Рокки Робертс. Крупнейшая итальянская фирма грамзаписи выпускает пластинки с неаполитанскими песнями в исполнении Анны Герман…

О том, что случилось вскоре после этого, артистке, судя по всему, и сейчас нелегко говорить. Возвращаясь ночью с концерта в небольшом городке горной Италии, она попала в автомобильную катастрофу. Сначала никто не верил, что она выживет. Врачам удалось сделать почти невозможное. Но помочь артистке снова выйти на эстраду не мог никто, кроме нее самой. На это Анне Герман понадобилось долгих пять лет…

Мы продолжаем беседу о песне…

– Я имела много случаев убедиться в том, что песня доходит, что называется, до глубины души только тогда, когда слушатель понимает слова, – говорит Анна Герман. – Вот почему я пою здесь по-русски. Знаете, я вообще люблю петь по-русски. Этот язык, наряду с итальянским, словно создан для пения. Думаю, излишне говорить, как популярна везде, не только в СССР, советская песня. Ей посвящен наш ежегодный фестиваль в Зеленой Гуре; он хорош тем, что здесь может выступить каждый, даже если он не профессиональный артист. Мне тоже посчастливилось не раз петь на этом фестивале.

– В вашем репертуаре есть песни, которые никак не назовешь эстрадными…

– А есть ли такие вообще? Я знаю, вы имеете в виду «Из-за острова на стрежень»… Думаю, дело не в том, какая песня, а в том, как ее спеть. Я не очень-то гонюсь за песенной модой, если считать популярный в последнее время «бит». Его расцвет пришелся как раз на те годы, когда я не выступала, и это избавило от ненужных экспериментов со своим голосом, который никак не подходит к «битовой» манере исполнения. На эстраде привыкли к мелодиям, под которые так и тянет танцевать. Я не против, я тоже люблю танцевать; хороший ритм обогащает песенную мелодию. Но чаще хочется такой мелодии, которая бы тронула душу… Кстати, мода на «бит» проходит, и на первый план выдвигается мелодическая песня, без лишнего шума…

– Да, это видно не только по-вашему репертуару, но и по вашему оркестру, где больше скрипок, чем электрогитар.

– Может быть, это несколько разочаровало поклонников битмузыки, но мне хотелось, чтобы слушатели, наконец, отдохнули от грохота электрогитар. Честно говоря, лично мне больше нравится обычная, классическая гитара. И скрипка к моим песням, наверное, тоже больше подходит.

– У вас есть песни собственного сочинения?

– Да, две из них я сейчас исполняла: «Игра в кости» и «Радуйся жизни». Есть и другие – «Судьба человека», «Спасибо, мама», «Быть может»… Я начала сочинять песни во время болезни, но сейчас оставила это занятие.

– Почему?

– Мне кажется, другие это делают лучше, а я больше люблю петь.

– Кто же пишет песни для вас?

– У меня большая дружба с советскими композиторами. Со времени первого приезда в Москву, – кстати, это были мои первые зарубежные гастроли, и первая пластинка была записана тоже в Москве, – уже двенадцать лет я знакома с Оскаром Фельцманом. Он подарил мне прекрасную песню «Ты, мама». С удовольствием исполняю песни Шаинского, Тухманова, Мовсесяна. Нынешней весной, когда приезжала в Москву записывать свою вторую пластинку на «Мелодии» познакомилась с Александрой Пахмутовой. Она подарила мне сборник своих песен. «Верность», «Надежда» – я с таким удовольствием их исполняю! Это именно те песни, где есть самое главное – настроение.

– Пани Анна, представляя публике свой оркестр, вы очень подробно и не менее остроумно остановились на семейном положении каждого из музыкантов, но почему-то забыли о себе…

– Ну, как же, разве я не говорила? У меня есть муж, он инженер. Вот, собственно, все мое семейное положение. Что вас еще интересует?

– Ну, например, как вы относитесь к домашнему хозяйству? В связи с Международным годом женщины, как вы понимаете, этот вопрос приобретает особое значение…

– О, тогда я отнесусь к нему со всей серьезностью. Итак, как я смотрю на домашнее хозяйство? Положительно!

– Не значит ли это, что вы любите приготовить что-нибудь повкуснее?

– Сказать по правде, мне больше нравится заниматься уборкой, чем варить. К сожалению или к счастью, не знаю, и для того, и для другого остается слишком мало времени: я так редко бываю дома…

– У вас столько разных титулов: «Варшавянка года», самая популярная польская певица в Америке, «Оскар дела симпатия»… Скажите, ведь это трудно – быть такой популярной? Как вы справляетесь со своей славой?

– Здесь легко отшутиться, но это серьезный разговор. Я не люблю свою популярность, но очень люблю свою работу. Право же, я не гоняюсь за славой, у меня совсем другой характер. Разве не заметно, что в моих песнях редко бывает «много» голоса? Конечно, можно блеснуть, можно обратить на себя внимание: артисты знают, как это делается, и я тоже знаю. Но всегда надо уметь найти границу: где блеснуть, а где просто и бесхитростно в песне правду рассказать. Это мне больше по душе. Я получаю много писем и по ним можно судить, что людям нужна простая песня, которая принесет успокоение или заставит подумать, помечтать, погрустить… Не правда ли, ведь в жизни больше ситуаций, когда надо призадуматься, и меньше таких, когда хочется плясать и веселиться. Конечно же, веселиться приятнее, чем грустить. Но заставьте себя все время есть торт, и вам очень скоро захочется хлеба. Без торта можно обойтись, но как прожить без хлеба?

Беседу вел А.БРЖОЗОВСКИЙ,
газета «ЗНАМЯ ЮНОСТИ»,
14.08.1975 г. №158(7620), г. Минск

2006 г. РАНЕНАЯ ПТИЦА

Жизнь Анны Герман сгорала в песнях...

В истории эстрадной песни был только один единственный случай, когда оркестр не смог исполнить музыкальное сопровождение. Это случилось с Анной Герман... певица прилетела в Москву на запись новой песни из Варшавы. Эту песню специально для нее сочинил композитор Евгений Птичкин – мы все помним ее! – «Эхо», где есть такие строчки: «мы долгое эхо друг друга».

Так вот, когда Анна спела первую фразу, оркестр вдруг заиграл вразнобой. Дирижер в растерянности остановил музыку и дал новую отмашку. Он был удивлен, – партитура песни не представляла особой сложности. Анна снова запела первую фразу, и снова оркестр пошел вразнобой. Стоп! Оказалось, что оркестр просто физически не может играть – все женщины-скрипачки и виолончелистки, да и мужчины – плачут. Анна Герман пела так, словно прощалась с жизнью.

Да, Анна Герман пела так, словно прощалась с жизнью.

В СССР практически все знали, как трагически сложилась жизнь певицы после ужасной автомобильной катастрофы. В тот несчастный день, когда машина шла по горной дороге, ее водитель задремал и автомобиль врезался в бетонное ограждение. Год она прожила в панцире из гипса. А было ей всего 32 года.

Отныне физическое страдание, боль, температура, состояние жизни на грани смерти становятся уделом певицы. В тот день, когда оркестр не смог играть, Анна вышла к микрофону с температурой почти 40 градусов. А пела, практически стоя на одной ноге, которая распухла так, что певица скрывала ее под длинным платьем. Скрытое страдание придало простым словам такое мужество и проникновенную силу, что музыка разрыдалась.

Между тем начало карьеры Анны Герман сложилось на редкость удачно. Не имея профессиональной выучки, но, обладая ярким певческим дарованием, польская студентка геологического факультета Анна словно шутя выигрывает один за другим престижные конкурсы: в Сопоте, в Ополе, на фестивале в Сан-Ремо, на фестивале в Сорренто.

Вот когда Россия влюбилась в певицу.

Все началось с песни «Танцующие эвридики». Ведь она спела ее по-русски.

Дело в том, что судьба Анны была прочно связана с СССР, она родилась в далеком Самарканде (14 февраля 1936), куда была выслана ее мать после ареста отца. И хотя вторым мужем ее матери стал поляк Герман, в самой Анне не было ни капли польской крови. Ее отец был родом из Голландии, а мать – немкой, а вот отцом ее единственного сына Збышека стал поляк инженер Збигнев Тухольский.

Я так подробно останавливаюсь на этих деталях, потому что давний конфликт между Польшей и Россией, сумма взаимных претензий друг к другу, настолько раскалили сферу любых отношений, что, пожалуй, только культура осталась последним островком взаимопонимания.

Анна Герман стала архипелагом этой ситуации.

Ее голос был всегда часом перемирия между двумя странами (Недаром журналисты прозвали ее послом советской песни). Песни «Мы долгое эхо друг друга», «Когда цвели сады», «Гори, гори моя звезда» и особенно «Надежда мой компас земной, а удача – награда за смелость...» стали потрясением для русской публики. Анна Герман сумела уловить тайну двух родственных культур – тайный трагизм бытия, дух сопротивления, страсть, которая рождает тихий лиризм, культ вольности и патриотизма.

Мы потому так враждуем, что слишком похожи.

Анна Герман знала семь языков, потому что детство провела среди ссыльных. Но можем ли мы сказать, что это было ее несчастием?

Анна Герман удивительно проникла в душу русского языка, потому что ее отец был расстрелян в России, когда девочке было всего год. Но можем ли мы сказать, что это было несчастьем для ее песен?

Анна Герман нашла в Польше вторую родину. Но могут ли поляки сказать, что это было несчастьем для Польши?

Увы, дух музыки рождается из осколков, триумф не вырастает на грядках в огороде, чтобы поразить мир нужно кормить его болью. В цене только кровь. Последним подвигом Анны Герман стало материнство после той катастрофы, в 1975 году она родила сына наперекор всему что с ней случилось.

Казалось бы, счастье снова вернулось в ее судьбу, но вслед за аварией последовала новая смертельная болезнь, рак. Она перенесла три операции (другие говорят 8!) однако спасти певицу не удалось. Ей было всего 46 лет.

Ее мужество до сих пор не забыто, как и ее песни.

Анатолий КОРОЛЕВ,
обозреватель РИА «НОВОСТИ»