РАВНЕНИЕ НА КОНСТИТУЦИЮ | Интервью Председателя Конституционного суда России
СЕНАТОР - SENATOR
журнал СЕНАТОР - Journal SENATOR

 

         От редактора
         НОВАЯ РОССИЯ
         ФЕДЕРАЛИЗМ
         ИНТЕГРАЦИЯ
         ПОРТРЕТ СЕНАТОРА
         РЕГИОНЫ РОССИИ
         СТОЛЬНЫЙ ГРАД
         КАЛЕЙДОСКОП
 

 

 

 
  

 
А вы у нас были?..
 
Счётчик тиц pr
 Subscribe

РОССИЯ СИЛЬНА ПРОВИНЦИЕЙ!

РАВНЕНИЕ НА КОНСТИТУЦИЮ
SENATOR - СЕНАТОР - SENAT


 

 

ФРЕД ИСКЕНДЕРОВ,
главный редактор

Марат Викторович БаглайКонституционные суды имеют сравнительно недавнюю историю. Во многих европейских странах они стали создаваться только после Второй мировой войны, что свидетельствовало о демократизации этих стран. Интересная деталь: конституционные суды в первую очередь появились именно в тех государствах, которые пережили фашистские режимы, — в Германии, Италии, Испании…
Значение Конституционного Суда в посттоталитарном нашем обществе трудно переоценить. Но какую роль этот новый демократический правовой институт играет в жизни современной России? И какое место занимает Российская Федерация с списке стран мирового сообщества с точки зрения федерализма, демократии и международного права?.. — На эти и другие вопросы главного редактора Федерального журнала «СЕНАТОР» Фреда Искендерова отвечает Председатель Конституционного Суда РФ Марат Викторович Баглай.

 

«СЕНАТОР»: Марат Викторович, Конституция РФ была принята еще в 1993 году. Но, к сожалению, она до сих пор является в большей степени «декларацией о намерениях», чем реально действующим Основным законом. Можно ли, все-таки, говорить, что наше государство живет в соответствии с Конституцией?
МАРАТ БАГЛАЙ: Конституция действительно идет как бы впереди жизни. И так оно и должно быть. Но говорить, что построение демократичного общества, которое определено в Конституции, находится только в начальной стадии и что для его строительства кроме чертежей ничего нет, было бы неверно. Государство российское существует, и оно, безусловно, демократическое. Вряд ли кто-то будет это оспаривать. И оно правовое, ибо и глава государства, и парламент, и субъекты федерации действуют в соответствии с правовыми нормами. Хотя у нас очень много серьезных недостатков и нарушений, государственная жизнь все же базируется на фундаменте конституции. В стране существуют конституционные законы
иное дело, что они, порой, не соблюдаются в полной мере. Но это, между прочим, свойственно многим странам, и Россия здесь не исключение.
Конституцией мы также провозгласили и социальное государство, хотя для его становления требуются соответствующие экономические условия. Нужен крепкий бюджет, широкое развитие мелкого и среднего предпринимательства, отлаженная система пособий и пенсий — все то, что должно создавать в людях уверенность в завтрашнем дне. Безусловно, это неконституционно, когда люди не получают своей зарплаты или пенсии. Для выполнения конституционных требований по обеспечению социальных благ гражданам России необходимы гарантии, но они не более чем пустой звук, если не созданы условия для свободного развития людей, если каждый россиянин не имеет возможности в полной мере реализовать свои способности. А выполнение этих гарантий напрямую зависит от экономической мощи нашей страны.
Российская Федерация является по Конституции светским государством. И никаких оснований нет утверждать, что у нас запрещаются или преследуются какие-либо религии или конфессии. Наоборот, все основные религии отправляют свои культы свободно. Есть, конечно, определенные проблемы, но, несмотря на них, свобода религии в России существует в полной мере.
Наконец, признаком демократического правового государства является реальное обеспечение прав и свобод человека, однако для этого, опять же, нужна реальная экономическая база, с чем у нас большие трудности, поскольку кризис и глубокие просчеты в экономической политике привели страну к очень тяжелому положению, когда в полной мере удовлетворить потребности граждан государство не в состоянии. Ну, а что касается политических прав и свобод человека, то здесь никто не может бросить в нас камень. У нас есть свобода слова и свобода средств массовой информации. Действует легальная оппозиция — и это также чрезвычайно важно, потому что она является необходимым барьером для авторитарных сил, которые есть в каждом обществе. Кроме того, в России создана независимая судебная власть, как бы ее ни критиковали — подчас обоснованно. Правда, отсутствие необходимого финансирования часто превращает суды в формальные органы, и они работают с невысокой отдачей.
Наконец, в России создан Конституционный Суд, стоящий вне политики и разрешающий острые споры между различными ветвями власти, что является необходимым фактором стабильности общества и защиты прав человека.
Однако необходимо помнить, что развитию правового государства мешает правовой нигилизм, отсутствие правовой культуры, непонимание того, что демократия непосредственно связана с этикой. Она рассчитана на общество культурных людей, а не на толпу, которая считает, что можно говорить и делать все, что угодно. Сегодня наша молодая демократия столкнулась с вызовом со стороны коррупции в госструктурах, криминального мира, организованной преступности, различных мафиозных структур в экономике. Все это очень мешает созданию в нашей стране истинно правового государства.

«СЕНАТОР»: Многие россияне плохо знают свои права, не так ли? Вы сами сказали, что правовая культура у нас находится на крайне низком уровне. Чем это, по-вашему, можно объяснить?
МАРАТ БАГЛАЙ: Россия — огромная страна, ее население разбросано по гигантской территории и привыкло жить в тоталитарном бесправии. А центров распространения правовых знаний пока еще недостаточно. Хотя, надо признать, в последние годы юридическое образование и правовая активность наших соотечественников все же повысились. Появилось много новых юридических учебных заведений, приток туда студентов и аспирантов велик, и это само по себе свидетельствует, что у народа есть тяга к правовым знаниям и правовой культуре в целом. Можно не сомневаться, что это положительно скажется на жизни общества.
В худшем положении находится юридическая наука. Из-за финансовых трудностей она переживает не лучшие времена. Правовые нормы в нашей стране претерпели значительные изменения, и для их изучения и обоснования требуется приток свежих молодых сил, освоивших совершенно новые взгляды и подходы. К сожалению, долгое время происходило обратное, и мы наблюдали отток молодежи из науки. Теории молодые юристы предпочитали хорошо оплачиваемую практику. Большинство выпускников вузов становились служащими коммерческих структур. Теперь, правда, положение понемногу меняется.
К сожалению, не показывают пример правовой культуры и уважения к праву многие должностные лица госорганов.

«СЕНАТОР»: Расскажите поподробнее о значении Конституционного Суда в жизни нашего общества.
МАРАТ БАГЛАЙ: Любому государству, любому обществу необходим властный орган, который следил бы за исполнением законов и за соответствием принимаемых законов Конституции. Ведь на стадии законотворчества практически невозможно избежать ошибок. Нередко законодатели что-то не учитывают, что-то упускают. Если в результате гражданские права, гарантированные Конституцией, нарушаются, то значение самого правотворчества сводится на нет. Вот для того, чтобы такого не произошло, и существует независимый Конституционный суд.
В этой своей деятельности наш суд независим — и от президента, и от правительства, и от Государственной Думы, и от Совета Федерации и других государственных органов. Он должен стоять вне политики, чтобы реально обеспечивать права и свободы граждан России.
Кроме того, между высшими органами государственной власти — законодательными и исполнительными — возникают споры по поводу их компетенции и в связи с различным толкованием положений Конституции. Кстати, сама Конституция в нашей стране, как и в любой другой, содержит только отправные, исходные положения, она никогда не может охватить всю полноту и сложность общественных отношений в государстве. Потому-то и необходим специальный орган, который толкует ее и выносит окончательные решения, выполняя тем самым стабилизирующую функцию.
Наконец, наш молодой демократический федерализм еще не встал на ноги, он находится лишь в стадии становления. Многие стороны взаимоотношений между правительством и субъектами Федерации до конца законодательно не отрегулированы. Требуется время, чтобы наладить взаимоотношения между Центром и регионами, чтобы система федерализма встала на прочную основу. Этот процесс идет, пусть не всегда так быстро, как хотелось бы. Тем не менее, федерализм постепенно приобретает свои законодательно очерченные формы, которые были задуманы и закреплены в нашей Конституции.

«СЕНАТОР»: Марат Викторович, а как относится Конституционный Суд к региональному сепаратизму?
МАРАТ БАГЛАЙ: Собственно говоря, кроме вопроса о Чечне, такие проблемы перед нами еще не вставали. Должен сказать, что сегодня вряд ли кто-нибудь положительно относится к сепаратизму. Это нездоровое явление, а с точки зрения единства России — совершенно недопустимое. Оно таит огромный вред для народов, для прав человека.
Но региональный сепаратизм бывает не только политическим. Нередко он возникает из-за противоречий между Центром и регионами по поводу распределения средств из бюджета. Достаточно вспомнить заявления некоторых президентов и губернаторов о том, что они не будут перечислять налоги в федеральную казну. Но их действия я бы не стал определять как сепаратизм. Это скорее политический шантаж. Всем ясно, что никакие регионы по-настоящему не собираются отделяться от России. Пример Чечни чему-то учит.

«СЕНАТОР»: А если говорить о государственном устройстве России, можно ли сказать, что у нашей страны свой особый путь развития, своя дорога, отличная от той, по которой идут другие государства мира?
На старте к правовому государству:  Марат Викторович Баглай принимает у себя нового Президента России Владимира ПутинаМАРАТ БАГЛАЙ: Ничего такого особого, что в корне отличало бы Россию от других стран мира по ее государственному устройству, нет. Но с точки зрения исторического развития её народов и наций, у России все же свой путь. К примеру, совесть и моральные принципы более важны для народов, населяющих Россию, чем материальное благополучие. Это феномен нашего развития.
В свое время Россия защитила Европу от татарского нашествия, в XX столетии спасла мир от фашизма. А другой стороны, она провела жестокий и кровавый коммунистический эксперимент над своим народом. Хотя в то же время Россия оказала и положительное влияние на развитие социальных институтов на Западе, так что не следует думать, что вся наша предыдущая жизнь была бесплодной и лишенной всякого смысла...
Что касается конституционно-правовой структуры нашего государства, то надо признать, что она была создана под большим влиянием зарубежного опыта. И в этом нет ничего плохого. Мы взяли из него все самое ценное. Подготовка новой Конституции шла долго, предлагалось множество самых разных вариантов, проводилась большая аналитическая работа, конституционные совещания, были изучены различные модели государственного устройства. И конце концов, за основу взяли не парламентскую республику, потому что у нас тогда отсутствовала (впрочем, она и сейчас отсутствует) устойчивая партийная система. За основу взяли президентскую республику, подобную той, что существует в США, и хотя в большей степени все же полу президентскую по типу французской.
В Основном законе была также заложена база нового федерализма. Он закрепляет разграничение властных функций между федеральной властью и субъектами Федерации. Такая федеративная форма характерна для США, Канады, Мексики, Австралии и ряда других стран. Правда, в нашем случае были свои уникальные особенности. Они связаны с необъятностью России, неоднородностью экономического развития различных регионов, с тем, наконец, что на ее территории живет более ста народов, и их национальная и культурная автономия в полной мере раньше не была обеспечена. Ни в одной другой стране нет такой пестрой картины. Скажем, в тех же Соединенных Штатах проблемы федерации никогда не связывались с решением национального вопроса, хотя и там есть национальные общины.

«СЕНАТОР»: Созвучна ли наша Конституция особенностям жизненного уклада, экономическим условиям?
МАРАТ БАГЛАЙ: Нынешняя Конституция, не особенно увязывая это с экономическими условиями, подняла общественную активность людей и целых народов. Что и проявилось в государственно-политическом аспекте. Ну, скажем, все нации, которые имели государственность в виде бывших автономных республик, подняли свой статус государственности до уровня республик — равноправных членов федерации. Ведь этого не было ни у Татарстана, ни у Башкортостана. А у некоторых вообще не было государственности — у них был только статус автономной области или национального округа. Теперь же все они стали равноправными субъектами Российской Федерации.

«СЕНАТОР»: Хотелось бы спросить Вас о Союзе между Россией и Белоруссией. Как вы могли бы прокомментировать правовую сторону договора о создании союза двух государств?
МАРАТ БАГЛАЙ: Если судить с чисто стратегической точки зрения, то такое объединение, безусловно, выгодно и для России, и для Белоруссии. Как показывают социологические опросы, и здесь, и там мало кто выступает, например, против объединения рынков двух стран. Но с политической точки зрения — это более сложный вопрос. Ведь Белоруссия является субъектом международного права, членом ООН. Конечно, планы объединения маленькой страны с большой (в рамках союзного государства) — неизбежно вызывают много вопросов. Юридическая сторона дела чрезвычайно сложна, неоднозначна. Оба государства имеют свои конституции. Необходимо определить, как они будут соотноситься...

«СЕНАТОР»: То есть, будет принята Конституция, общая для обоих государств?
МАРАТ БАГЛАЙ: Я думаю, что такого пока быть не может — это означало бы слияние двух стран в единое государство. Но если обе страны сохраняют свой суверенитет, то возникает вопрос: как юридически будет оформлен союз? Ничего нового, кроме того, что уже есть в мировой практике, мы не придумаем: государство может быть унитарным, федеративным или конфедеративным. Если это конфедеративное государство, то обе стороны сохраняют свои права как субъекты международного права и являются независимыми, суверенными.
Надо, например, решить вопрос: как должны строиться отношения между двумя законодательными органами субъектов Союза и союзным парламентом?
Цель, безусловно, правильная, хорошая, да и по всему чувствуется, что народы поддерживают решение об объединении. Но как решить все эти проблемы на правовом уровне сейчас, когда каждый народ уже вкусил плоды суверенитета и обе страны признаны международным сообществом? Трудно ответить однозначно, да и не стоит торопиться. Со временем все можно будет решить совместными усилиями.

«СЕНАТОР»: Объединение стран Европейского сообщества — нам не пример?
МАРАТ БАГЛАЙ: Да, европейские государства многие институты объединили, сформировали надгосударственный парламент, чьи законы обязательны для субъектов Европейского Союза. Они открыли границы, ввели общее гражданство, единые паспорта. И в то же время в общем древе все государства остались на своих веточках: они сохранили свой суверенитет и независимость со своими парламентами и главами государств. Причем, посмотрите, в Европе объединены и монархические страны, такие, как Бельгия или Великобритания, и республиканские, как, скажем, Германия и Франция.

«СЕНАТОР»: Но вы, очевидно, знаете о возражениях некоторых руководителей республик России, которые заявили, что в случае объединения России с Белоруссией они будут требовать от Москвы особые условия в отношениях с федеральным Центром? Что нужно сделать, чтобы предотвратить подобные тенденции?
МАРАТ БАГЛАЙ: Для этого как раз и надо четко определить правовой статус союза. Но, полагаю, статус субъектов РФ не требует автоматического изменения.

«СЕНАТОР»: Марат Викторович, несколько лет назад в стенах Совете Федерации в своем выступлении Вы подчеркнули, что «никакая целесообразность не должна определять жизнь закона, и главная опасность для прав и свобод человека исходит от исполнительной власти». Что Вы хотели этим сказать?
МАРАТ БАГЛАЙ: Прежде всего, давайте поразмыслим, откуда может исходить угроза правам и свободам человека, действуя методом исключения. Трудно предположить, что от законодательных органов. Хотя, бывает, что они принимают ошибочные законы. Но это делается не из-за злостных устремлений, а от недостаточности юридической техники в составлении законов. Но, все-таки, я бы не сказал, что законы существенно угрожают правам и свободам граждан, хотя бы потому, что они принимаются большим составом людей в демократической парламентской процедуре.
Думаю, такую опасность не несет и судебная власть: наоборот, ее предназначение заключается как раз в том, чтобы защищать наши права и свободы.
Задачи и функции исполнительной власти несколько иные. Эта власть, в том числе и входящие в нее правоохранительные органы и силовые структуры, часто должны принуждать к соблюдению норм права тех людей, которые это не делают добровольно. Здесь-то, несомненно, и таится опасность, риск злоупотреблений. Скажем, оперативно-розыскная деятельность, безусловно, нужна, но при этом нельзя, чтобы прослушивались телефоны и производились аресты без решения суда. Именно это я имел в виду. Поэтому общественность не случайно уделяет столь пристальное внимание «человеку с ружьем». Конечно, все мы заинтересованы, чтобы у нас было сильное государство и эффективные силовые министерства. Однако нужно постоянно контролировать эти органы. Чтобы все в нашей жизни было подчинено закону.

«СЕНАТОР»: Хотелось бы затронуть в нашей беседе и такую тему: в последнее время все чаще звучат голоса политиков, доказывающих, что необходимо переписать нынешнюю Конституцию. Есть ли такая необходимость с точки зрения конституционного права?
МАРАТ БАГЛАЙ: Действительно, сейчас очень многие говорят об этом. Конечно, если рассуждать о том, что предпочтительнее, то я бы сказал: прежде всего, стабильная Конституция. Конституции существуют десятилетиями и столетиями, пока они входят в кровь и плоть народов, когда люди начинают если не любить, то хотя бы уважать их. Очень важно, чтобы был механизм, способный приспособить ставшие архаичными конституционные тексты и формулировки к новым условиям. Таким механизмом является суд.
За примером обратимся к Конституции США: ей более 200 лет. И хотя в ней можно обнаружить очень много устаревшего, она действующая, живая. Чем это обеспечивается? Конституционным контролем Верховного Суда. Он имеет права толковать, приспосабливать Конституцию применительно к современным реалиям и за это два столетия внес много изменений, многие статьи как бы переписал.
В нашей стране создана такая Конституция, которая делает сильной президентскую власть. Однако общество в России расколото: часть населения считает, что надо двигаться путем рыночных реформ, другая — вернуться к плановой экономике. Эти острые противоречия в свое время нашли отражение в столкновении между президентской властью и законодательными органами, особенно, Госдумой. Отсюда и вопрос о распределении властных полномочий. Многие депутаты предыдущей думы посчитали, что у нас нет необходимого контроля над исполнительной властью, что многие полномочия, в том числе касающиеся назначения правительства, должны принадлежать народным избранникам. Президентская власть придерживалось противоположной позиции.
Как бы то ни было, наша Конституция содержит большой потенциал политических соглашений и компромисса, еще не реализованный. Именно таким путем можно, например, подбирать главу правительства, устраивающего все стороны. Это же касается и других спорных проблем. Конечно, это мое личное мнение, а не позиция Конституционного Суда. Тем не менее, я думаю, что в мире и согласии заинтересованы все конструктивные силы России. Что же касается нашего Суда, то он всегда будет стоять на страже Конституции, служить конституционному порядку, который и гарантирует законность и согласие в нашем обществе.

 

Наше досье: БАГЛАЙ МАРАТ ВИКТОРОВИЧ,
член-корреспондент РАН, профессор, доктор юридических наук.
Родился 13 марта 1931 года в Баку. Русский.
Марат Викторович БаглайОкончил юридический факультет государственного университета в Ростове-на-Дону и аспирантуру института государства и права АН СССР в Москве (1957 год).
Работал научным сотрудником Института государства и права АН СССР (1957-1962 годы), доцентом кафедры МГИМО МИД СССР. Был заведующим отделом института международного рабочего движения АН СССР (ныне — институт сравнительной политологии и рабочего движения РАН).
В 1977 по 1991 годы — проректор, а с 1991 по февраль 1995 года — первый проректор Академии труда и социальных отношений (проректор по научной работе), заведующий кафедрой публичного права.
Был членом КПСС до мая 1991 года.
Автор различных монографий и статей по проблемам зарубежного и конституционного права. В 1994 году вышла в свет его книга «Дорога к свободе». Другая его книга, написанная чуть позже, — «Конституционное право Российской Федерации» — выдержала уже два издания.
Награжден орденом «Дружбы народов».
Владеет английским языком.
Женат, имеет трех дочерей.
7 февраля 1995 года МАРАТ БАГЛАЙ был избран судьей Конституционного Суда РФ. Председателем КС РФ избран 20 февраля 1997 года, а недавно он вновь переизбран на этот же пост единодушным голосованием членов КС.


 

® Федеральный журнал «СЕНАТОР», свидетельство №014633 Комитета РФ по печати (1996).
Учредители: ЗАО «Издательство «ИНТЕРПРЕССА» (г. Москва); Администрация Тюменской области.
Тираж – 20 000 экз., объем – 200 полос. Полиграфия: ScanWeb (Finland).
Телефон редакции: +7 (495) 764-49-43. E-mail: senatmedia@yahoo.com
.


 

В с е   п р а в а   з а щ и щ е н ы   и   о х р а н я ю т с я   з а к о н о м   РФ – © 1996-2016.
Мнение авторов необязательно совпадает с мнением редакции. Перепечатка материалов и их использование в любой форме
обязательно с разрешения редакции со ссылкой на Федеральный журнал «СЕНАТОР» издательского дома «ИНТЕРПРЕССА».
Редакция не отвечает на письма и не вступает в переписку.