ПРЕМЬЕР НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ Аналитики и знатоки политической кухни, которые раньше то и дело муссировали слухи о скорой смене премьера, сейчас, похоже, ударились в другую крайность – Михаилу Касьянову все чаще приписывают некие политические амбиции и тщательно выискивают признаки противоречий между Кремлем и Белым домом. В самом деле, его авторитет настолько укрепился, что он уже может «свое суждение иметь», не совпадающее с идеями и приоритетами президентской команды со Старой площади. Но это, однако, не означает, что премьер ведет или намеревается вести какие-то политические игры без согласования с президентом. Два высших российских руководителя неплохо дополняют друг друга, и интересы их не расходятся – потому, что не могут расходиться по определению. Ибо и для Владимира Путина, и для Михаила Касьянова высший интерес - благополучие и развитие Российского государства. Как доказывает вся практика последних лет, премьер-министром в России стать легче, чем президентом, но труднее – быть. Всенародно избранный глава государства в пределах своего четырехлетнего срока является самодостаточным лидером, власть которого ограничивается лишь нормами действующего законодательства. Премьер же может быть в любой момент отстранен от должности по личной воле президента, на которую могут оказывать влияние многие факторы, обусловленные общей ситуацией в стране, раскладом сил в российской верхушке, наконец – особенностями личных взаимоотношений двух первых лиц государства. При том, что после развала СССР президентское кресло занимали лишь двое, Борис Ельцин и Владимир Путин, а Михаил Касьянов – уже седьмой глава правительства в новейший период российской истории. ЖЕЛЕЗНЫЕ КАНЦЛЕРЫ – БИСМАРК И ГОРЧАКОВ Дипломатия, как и политика, – искусство возможного. Рамки объективных обстоятельств обычно оставляют весьма узкий коридор, в пределах которого и вынуждены состязаться мастера дипломатического маневрирования. Однако в международной политике бывают моменты, когда доминирующее значение приобретают такие факторы, как интеллектуальные, волевые и этические качества государственных мужей. Это чаще всего случается в периоды, когда старая структура международных отношений вдруг разваливается, а новая не успевает вызреть не только в системах межгосударственных договоров, но и в головах президентов и императоров. Один из таких периодов пришелся на промежуток между 1856 и 1890 гг. Начало этой эпохи отмечено окончанием злосчастной Крымской кампании и назначением Александра ГОРЧАКОВА на пост главы российского министерства иностранных дел. Завершающим моментом можно с полным основанием считать отставку объединителя Германии, канцлера Отто БИСМАРКА. Именно в это время было покончено со старофеодальной Европой Священного Союза, и были заложены новые европейские отношения. ЕКАТЕРИНА ВЕЛИКАЯ Еще при жизни Екатерина II была названа Великой, и этот почетный титул сохранился за ней в официальной имперской историографии. Отношение российского и европейского общества к незауряднейшей государыне XVIII века было, однако, совершенно неоднозначным. Это вполне закономерно – в Екатерине, равно как и во всем облике екатерининской России, соединялись несовместимые черты: грех и добродетель, величие и низость, тонкость художественного вкуса и пошлость, разумная умеренность просвещенного европеизма и жестокий азиатский деспотизм. Императрица Екатерина II – один из самых ярких феноменов российской истории. Первая половина её жизни, вплоть до восшествия на престол, внешне представляется серией случайных удач, весьма мало зависевших от личных качеств скромной немецкой принцессы. Но она сумела наилучшим для себя образом разыграть результаты каждого из своих частных, локальных успехов, проявляя при этом редкостное умение переступать через любые стесняющие обстоятельства и моральные запреты, через своих ближних и через самое себя – если это требовалось для достижения очередной конкретной цели. Все вместе сложилось в железную логику карьерной судьбы. Вторая половина биографии Екатерины, уже императрицы российской, при подробном рассмотрении выглядит как череда эпизодов, возникавших чаще всего спонтанно, вне чьей-либо сознательной воли и нередко завершавшихся самыми невероятными концовками. Пестрый хоровод событий, в котором вязли и распадались мудрейшие замыслы и проекты, а принимаемые по наитию ситуативные решения зачастую порождали следствия исторической значимости – весь этот хаотический калейдоскоп сложился величественной картиной державного возвышения Российской империи. Возглавив триумф своей обретенной второй родины, императрица Екатерина обрела вполне заслуженное место в ряду исторических героев. РОМАНОВЫ И ГОГЕНЦОЛЛЕРНЫ Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
Аналитики и знатоки политической кухни, которые раньше то и дело муссировали слухи о скорой смене премьера, сейчас, похоже, ударились в другую крайность – Михаилу Касьянову все чаще приписывают некие политические амбиции и тщательно выискивают признаки противоречий между Кремлем и Белым домом. В самом деле, его авторитет настолько укрепился, что он уже может «свое суждение иметь», не совпадающее с идеями и приоритетами президентской команды со Старой площади. Но это, однако, не означает, что премьер ведет или намеревается вести какие-то политические игры без согласования с президентом. Два высших российских руководителя неплохо дополняют друг друга, и интересы их не расходятся – потому, что не могут расходиться по определению. Ибо и для Владимира Путина, и для Михаила Касьянова высший интерес - благополучие и развитие Российского государства. Как доказывает вся практика последних лет, премьер-министром в России стать легче, чем президентом, но труднее – быть. Всенародно избранный глава государства в пределах своего четырехлетнего срока является самодостаточным лидером, власть которого ограничивается лишь нормами действующего законодательства. Премьер же может быть в любой момент отстранен от должности по личной воле президента, на которую могут оказывать влияние многие факторы, обусловленные общей ситуацией в стране, раскладом сил в российской верхушке, наконец – особенностями личных взаимоотношений двух первых лиц государства. При том, что после развала СССР президентское кресло занимали лишь двое, Борис Ельцин и Владимир Путин, а Михаил Касьянов – уже седьмой глава правительства в новейший период российской истории. ЖЕЛЕЗНЫЕ КАНЦЛЕРЫ – БИСМАРК И ГОРЧАКОВ Дипломатия, как и политика, – искусство возможного. Рамки объективных обстоятельств обычно оставляют весьма узкий коридор, в пределах которого и вынуждены состязаться мастера дипломатического маневрирования. Однако в международной политике бывают моменты, когда доминирующее значение приобретают такие факторы, как интеллектуальные, волевые и этические качества государственных мужей. Это чаще всего случается в периоды, когда старая структура международных отношений вдруг разваливается, а новая не успевает вызреть не только в системах межгосударственных договоров, но и в головах президентов и императоров. Один из таких периодов пришелся на промежуток между 1856 и 1890 гг. Начало этой эпохи отмечено окончанием злосчастной Крымской кампании и назначением Александра ГОРЧАКОВА на пост главы российского министерства иностранных дел. Завершающим моментом можно с полным основанием считать отставку объединителя Германии, канцлера Отто БИСМАРКА. Именно в это время было покончено со старофеодальной Европой Священного Союза, и были заложены новые европейские отношения. ЕКАТЕРИНА ВЕЛИКАЯ Еще при жизни Екатерина II была названа Великой, и этот почетный титул сохранился за ней в официальной имперской историографии. Отношение российского и европейского общества к незауряднейшей государыне XVIII века было, однако, совершенно неоднозначным. Это вполне закономерно – в Екатерине, равно как и во всем облике екатерининской России, соединялись несовместимые черты: грех и добродетель, величие и низость, тонкость художественного вкуса и пошлость, разумная умеренность просвещенного европеизма и жестокий азиатский деспотизм. Императрица Екатерина II – один из самых ярких феноменов российской истории. Первая половина её жизни, вплоть до восшествия на престол, внешне представляется серией случайных удач, весьма мало зависевших от личных качеств скромной немецкой принцессы. Но она сумела наилучшим для себя образом разыграть результаты каждого из своих частных, локальных успехов, проявляя при этом редкостное умение переступать через любые стесняющие обстоятельства и моральные запреты, через своих ближних и через самое себя – если это требовалось для достижения очередной конкретной цели. Все вместе сложилось в железную логику карьерной судьбы. Вторая половина биографии Екатерины, уже императрицы российской, при подробном рассмотрении выглядит как череда эпизодов, возникавших чаще всего спонтанно, вне чьей-либо сознательной воли и нередко завершавшихся самыми невероятными концовками. Пестрый хоровод событий, в котором вязли и распадались мудрейшие замыслы и проекты, а принимаемые по наитию ситуативные решения зачастую порождали следствия исторической значимости – весь этот хаотический калейдоскоп сложился величественной картиной державного возвышения Российской империи. Возглавив триумф своей обретенной второй родины, императрица Екатерина обрела вполне заслуженное место в ряду исторических героев. РОМАНОВЫ И ГОГЕНЦОЛЛЕРНЫ Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
ЖЕЛЕЗНЫЕ КАНЦЛЕРЫ – БИСМАРК И ГОРЧАКОВ Дипломатия, как и политика, – искусство возможного. Рамки объективных обстоятельств обычно оставляют весьма узкий коридор, в пределах которого и вынуждены состязаться мастера дипломатического маневрирования. Однако в международной политике бывают моменты, когда доминирующее значение приобретают такие факторы, как интеллектуальные, волевые и этические качества государственных мужей. Это чаще всего случается в периоды, когда старая структура международных отношений вдруг разваливается, а новая не успевает вызреть не только в системах межгосударственных договоров, но и в головах президентов и императоров. Один из таких периодов пришелся на промежуток между 1856 и 1890 гг. Начало этой эпохи отмечено окончанием злосчастной Крымской кампании и назначением Александра ГОРЧАКОВА на пост главы российского министерства иностранных дел. Завершающим моментом можно с полным основанием считать отставку объединителя Германии, канцлера Отто БИСМАРКА. Именно в это время было покончено со старофеодальной Европой Священного Союза, и были заложены новые европейские отношения. ЕКАТЕРИНА ВЕЛИКАЯ Еще при жизни Екатерина II была названа Великой, и этот почетный титул сохранился за ней в официальной имперской историографии. Отношение российского и европейского общества к незауряднейшей государыне XVIII века было, однако, совершенно неоднозначным. Это вполне закономерно – в Екатерине, равно как и во всем облике екатерининской России, соединялись несовместимые черты: грех и добродетель, величие и низость, тонкость художественного вкуса и пошлость, разумная умеренность просвещенного европеизма и жестокий азиатский деспотизм. Императрица Екатерина II – один из самых ярких феноменов российской истории. Первая половина её жизни, вплоть до восшествия на престол, внешне представляется серией случайных удач, весьма мало зависевших от личных качеств скромной немецкой принцессы. Но она сумела наилучшим для себя образом разыграть результаты каждого из своих частных, локальных успехов, проявляя при этом редкостное умение переступать через любые стесняющие обстоятельства и моральные запреты, через своих ближних и через самое себя – если это требовалось для достижения очередной конкретной цели. Все вместе сложилось в железную логику карьерной судьбы. Вторая половина биографии Екатерины, уже императрицы российской, при подробном рассмотрении выглядит как череда эпизодов, возникавших чаще всего спонтанно, вне чьей-либо сознательной воли и нередко завершавшихся самыми невероятными концовками. Пестрый хоровод событий, в котором вязли и распадались мудрейшие замыслы и проекты, а принимаемые по наитию ситуативные решения зачастую порождали следствия исторической значимости – весь этот хаотический калейдоскоп сложился величественной картиной державного возвышения Российской империи. Возглавив триумф своей обретенной второй родины, императрица Екатерина обрела вполне заслуженное место в ряду исторических героев. РОМАНОВЫ И ГОГЕНЦОЛЛЕРНЫ Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
Дипломатия, как и политика, – искусство возможного. Рамки объективных обстоятельств обычно оставляют весьма узкий коридор, в пределах которого и вынуждены состязаться мастера дипломатического маневрирования. Однако в международной политике бывают моменты, когда доминирующее значение приобретают такие факторы, как интеллектуальные, волевые и этические качества государственных мужей. Это чаще всего случается в периоды, когда старая структура международных отношений вдруг разваливается, а новая не успевает вызреть не только в системах межгосударственных договоров, но и в головах президентов и императоров. Один из таких периодов пришелся на промежуток между 1856 и 1890 гг. Начало этой эпохи отмечено окончанием злосчастной Крымской кампании и назначением Александра ГОРЧАКОВА на пост главы российского министерства иностранных дел. Завершающим моментом можно с полным основанием считать отставку объединителя Германии, канцлера Отто БИСМАРКА. Именно в это время было покончено со старофеодальной Европой Священного Союза, и были заложены новые европейские отношения. ЕКАТЕРИНА ВЕЛИКАЯ Еще при жизни Екатерина II была названа Великой, и этот почетный титул сохранился за ней в официальной имперской историографии. Отношение российского и европейского общества к незауряднейшей государыне XVIII века было, однако, совершенно неоднозначным. Это вполне закономерно – в Екатерине, равно как и во всем облике екатерининской России, соединялись несовместимые черты: грех и добродетель, величие и низость, тонкость художественного вкуса и пошлость, разумная умеренность просвещенного европеизма и жестокий азиатский деспотизм. Императрица Екатерина II – один из самых ярких феноменов российской истории. Первая половина её жизни, вплоть до восшествия на престол, внешне представляется серией случайных удач, весьма мало зависевших от личных качеств скромной немецкой принцессы. Но она сумела наилучшим для себя образом разыграть результаты каждого из своих частных, локальных успехов, проявляя при этом редкостное умение переступать через любые стесняющие обстоятельства и моральные запреты, через своих ближних и через самое себя – если это требовалось для достижения очередной конкретной цели. Все вместе сложилось в железную логику карьерной судьбы. Вторая половина биографии Екатерины, уже императрицы российской, при подробном рассмотрении выглядит как череда эпизодов, возникавших чаще всего спонтанно, вне чьей-либо сознательной воли и нередко завершавшихся самыми невероятными концовками. Пестрый хоровод событий, в котором вязли и распадались мудрейшие замыслы и проекты, а принимаемые по наитию ситуативные решения зачастую порождали следствия исторической значимости – весь этот хаотический калейдоскоп сложился величественной картиной державного возвышения Российской империи. Возглавив триумф своей обретенной второй родины, императрица Екатерина обрела вполне заслуженное место в ряду исторических героев. РОМАНОВЫ И ГОГЕНЦОЛЛЕРНЫ Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
ЕКАТЕРИНА ВЕЛИКАЯ Еще при жизни Екатерина II была названа Великой, и этот почетный титул сохранился за ней в официальной имперской историографии. Отношение российского и европейского общества к незауряднейшей государыне XVIII века было, однако, совершенно неоднозначным. Это вполне закономерно – в Екатерине, равно как и во всем облике екатерининской России, соединялись несовместимые черты: грех и добродетель, величие и низость, тонкость художественного вкуса и пошлость, разумная умеренность просвещенного европеизма и жестокий азиатский деспотизм. Императрица Екатерина II – один из самых ярких феноменов российской истории. Первая половина её жизни, вплоть до восшествия на престол, внешне представляется серией случайных удач, весьма мало зависевших от личных качеств скромной немецкой принцессы. Но она сумела наилучшим для себя образом разыграть результаты каждого из своих частных, локальных успехов, проявляя при этом редкостное умение переступать через любые стесняющие обстоятельства и моральные запреты, через своих ближних и через самое себя – если это требовалось для достижения очередной конкретной цели. Все вместе сложилось в железную логику карьерной судьбы. Вторая половина биографии Екатерины, уже императрицы российской, при подробном рассмотрении выглядит как череда эпизодов, возникавших чаще всего спонтанно, вне чьей-либо сознательной воли и нередко завершавшихся самыми невероятными концовками. Пестрый хоровод событий, в котором вязли и распадались мудрейшие замыслы и проекты, а принимаемые по наитию ситуативные решения зачастую порождали следствия исторической значимости – весь этот хаотический калейдоскоп сложился величественной картиной державного возвышения Российской империи. Возглавив триумф своей обретенной второй родины, императрица Екатерина обрела вполне заслуженное место в ряду исторических героев. РОМАНОВЫ И ГОГЕНЦОЛЛЕРНЫ Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
Еще при жизни Екатерина II была названа Великой, и этот почетный титул сохранился за ней в официальной имперской историографии. Отношение российского и европейского общества к незауряднейшей государыне XVIII века было, однако, совершенно неоднозначным. Это вполне закономерно – в Екатерине, равно как и во всем облике екатерининской России, соединялись несовместимые черты: грех и добродетель, величие и низость, тонкость художественного вкуса и пошлость, разумная умеренность просвещенного европеизма и жестокий азиатский деспотизм. Императрица Екатерина II – один из самых ярких феноменов российской истории. Первая половина её жизни, вплоть до восшествия на престол, внешне представляется серией случайных удач, весьма мало зависевших от личных качеств скромной немецкой принцессы. Но она сумела наилучшим для себя образом разыграть результаты каждого из своих частных, локальных успехов, проявляя при этом редкостное умение переступать через любые стесняющие обстоятельства и моральные запреты, через своих ближних и через самое себя – если это требовалось для достижения очередной конкретной цели. Все вместе сложилось в железную логику карьерной судьбы. Вторая половина биографии Екатерины, уже императрицы российской, при подробном рассмотрении выглядит как череда эпизодов, возникавших чаще всего спонтанно, вне чьей-либо сознательной воли и нередко завершавшихся самыми невероятными концовками. Пестрый хоровод событий, в котором вязли и распадались мудрейшие замыслы и проекты, а принимаемые по наитию ситуативные решения зачастую порождали следствия исторической значимости – весь этот хаотический калейдоскоп сложился величественной картиной державного возвышения Российской империи. Возглавив триумф своей обретенной второй родины, императрица Екатерина обрела вполне заслуженное место в ряду исторических героев. РОМАНОВЫ И ГОГЕНЦОЛЛЕРНЫ Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
РОМАНОВЫ И ГОГЕНЦОЛЛЕРНЫ Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. В политических событиях XVIII-XIX веков особое значение принадлежало государям из двух правящих династий – Романовым и Гогенцоллернам. Судьбы этих царственных семейств тесно переплелись в ряде ключевых эпизодов европейской истории и завершились почти одновременным падением в бездну великой европейской катастрофы начала XX века. Могущественные монархии Романовых и Гогенцоллернов погибли практически одновременно, столкнувшись на поле боя. Романовы относились к одной из ветвей старинного рода бояр Кобылиных, известных еще на рубеже XIII-XV вв. В эпоху первых московских государей из этого семейства особо выделились потомки Федора Кошки, дипломата и государственного деятеля времени Дмитрия Донского. В XVI веке Анастасия Кошкина (по деду – Захарьина, по отцу – Романова) стала первой супругой великого князя и царя всея Руси Иоанна IV Грозного. ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
ДЕРЖАВНЫЕ ЖЕНЫ Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными. Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская. Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
ЯНТАРНАЯ КОМНАТА Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи. В 1701 году бранденбургский курфюрст Фридрих I Гогенцоллерн получил из рук нуждавшегося в военной помощи императора Леопольда I корону Пруссии. С тех пор герцогство превратилось в королевство, а представители династии Гогенцоллернов стали независимыми монархами. Коронация проходила в Кенигсберге, где новоиспеченный король познакомился с работами тамошних мастеров янтарного дела. Взбалмошному правителю Пруссии пришла в голову мысль украсить Янтарным кабинетом свой загородный замок Шарлоттенхоф в Потсдаме и тем самым превзойти роскошь Версаля.
Мнение авторов необязательно совпадает с мнением редакции. Перепечатка материалов и их использование в любой форме обязательно должна быть с разрешения редакции или со ссылкой на федеральный аналитический журнал «СЕНАТОР» издательского дома «ИНТЕРПРЕССА».
Анализ экономики, политики, истории, культуры, искусства, науки, международных отношений и делового сотрудничества. Copyright © 1996-2008 Федеральный аналитический журнал «СЕНАТОР» издательского дома «ИНТЕРПРЕССА»™. Россия, г. Москва. E-mail: senatmedia@yahoo.com
федеральный блок
Аналитики и знатоки политической кухни, которые раньше то и дело муссировали слухи о скорой смене премьера, сейчас, похоже, ударились в другую крайность – Михаилу Касьянову все чаще приписывают некие политические амбиции и тщательно выискивают признаки противоречий между Кремлем и Белым домом. В самом деле, его авторитет настолько укрепился, что он уже может «свое суждение иметь», не совпадающее с идеями и приоритетами президентской команды со Старой площади. Но это, однако, не означает, что премьер ведет или намеревается вести какие-то политические игры без согласования с президентом. Два высших российских руководителя неплохо дополняют друг друга, и интересы их не расходятся – потому, что не могут расходиться по определению. Ибо и для Владимира Путина, и для Михаила Касьянова высший интерес - благополучие и развитие Российского государства.
Дипломатия, как и политика, – искусство возможного. Рамки объективных обстоятельств обычно оставляют весьма узкий коридор, в пределах которого и вынуждены состязаться мастера дипломатического маневрирования. Однако в международной политике бывают моменты, когда доминирующее значение приобретают такие факторы, как интеллектуальные, волевые и этические качества государственных мужей. Это чаще всего случается в периоды, когда старая структура международных отношений вдруг разваливается, а новая не успевает вызреть не только в системах межгосударственных договоров, но и в головах президентов и императоров. Один из таких периодов пришелся на промежуток между 1856 и 1890 гг. Начало этой эпохи отмечено окончанием злосчастной Крымской кампании и назначением Александра ГОРЧАКОВА на пост главы российского министерства иностранных дел. Завершающим моментом можно с полным основанием считать отставку объединителя Германии, канцлера Отто БИСМАРКА. Именно в это время было покончено со старофеодальной Европой Священного Союза, и были заложены новые европейские отношения.
Еще при жизни Екатерина II была названа Великой, и этот почетный титул сохранился за ней в официальной имперской историографии. Отношение российского и европейского общества к незауряднейшей государыне XVIII века было, однако, совершенно неоднозначным. Это вполне закономерно – в Екатерине, равно как и во всем облике екатерининской России, соединялись несовместимые черты: грех и добродетель, величие и низость, тонкость художественного вкуса и пошлость, разумная умеренность просвещенного европеизма и жестокий азиатский деспотизм. 
Монархическая форма правления доминировала в Европе в течение многих веков – вплоть до Первой мировой войны. И вся европейская политика выглядела внешне, как система взаимоотношений между царствующими семействами. И история в школьных учебниках излагалась не по векам, а по периодам правления тех или иных государей. Так было даже в «просвещенном» XIX веке, когда монархия стала уступать позиции демократии. 
Широкий круг наших читателей вряд ли знает о незаурядных судьбах героинь, происхождением или супружеством связанных одновременно с Россией и Германией. Долгое время жизнь этих особ королевской крови (их свыше десятка) не освещалась в советской литературе и искусстве. Их изображения не допускались на страницы книг. Знания о них считались ненужными и даже вредными.
Большинство этих женщин, воспитанных в германских землях и волею судеб оказавшихся в России, прошли сходный путь обретения новой родины. В свою очередь, российские цесаревны и великие княжны стали правительницами герцогства Голштинского, Саксен-Веймарского, королевства Вюртемберг. Не для всех этот путь был гладким. Интриги и политика, любовь и коварство, перевороты, ссылки, материнская жертвенность и женское благородство – все переплетено в том тигле, из которого рождалась, в сущности, сама история российская.
Какими они были, как влияли на политику, общественную жизнь, искусство и как воспитывали престолонаследников? – на эти вопросы пытается ответить наш автор Людмила МАРКИНА. Конечно, в одной статье невозможно воссоздать полную летопись, перед читателем – лишь некоторые ее страницы. 
Одним из центральных событий празднования трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга в мае 2003 года станет открытие воссозданной в Екатерининском дворце Царского Села знаменитой Янтарной комнаты. Почти четверть века ушло на воссоздание уникального шедевра, утерянного в тяжелые годы Второй мировой войны. Этот проект не только вернул миру «восьмое чудо света», как называют Янтарную комнату многие искусствоведы, но и стал одним из катализаторов оздоровления взаимоотношений между Германией и Россией, которые объединили свои силы и средства для осуществления этой задачи.
