Александр Меншиков. Мастеровой «окна в Европу» | Светлейший князь-казнокрад
журнал СЕНАТОР
журнал СЕНАТОР

АЛЕКСАНДР МЕНШИКОВ. МАСТЕРОВОЙ «ОКНА В ЕВРОПУ»


 

ФРЕД ИСКЕНДЕРОВ,
главный редактор Федерального журнала «Сенатор»


 

 

 

Journal Senator — Журнал СЕНАТОР

Александр Меншиков В скором времени вся Россия будет отмечать 300-летний юбилей Санкт-Петербурга. Но при всем размахе подготовки к этому празднованию нельзя не заметить некую странность, беспамятство или чиновничью оплошность — предание в забвение имени одного из главных действующих лиц в истории России петровской эпохи, строителя города, генерал-губернатора Санкт-Петербурга и всего Верхне-Русского края — Ингерманландской губернии Александра Даниловича Меншикова.
Человек жив, пока его помнят добрыми делами. Прошедшие 300 лет — срок, пожалуй, достаточный, чтобы доказать: слава добрых дел Александра Даниловича Меншикова на благо нашего Отечества навсегда осталась в истории России. А нам, благодарным потомкам, давно пора воздать должное памяти великого человека, чьими руками сотворен и стоит на земле «полночных стран краса и диво», город Санкт-Петербург.
Карамзин писал: «Кто не помнит историю свою, тот не имеет будущего своего!»

Современные историки утверждают, что до сих пор множество документов о нем остаются неизученными, хотя и снимаются фильмы, пишут статьи и книги. Между тем официальный титул этого человека лишь «на две буквы» был короче императорского и звучал так: «Светлейший Святого Римского и Российского государства князь и герцог Ижорский; в Дубровне, Горы-Горках и Почепе граф; наследный господин Аринибургский и Батуринский; его императорского величества всероссийского над войсками командующий генералиссимус; верховный тайный действительный советник; государственной Военной коллегии президент; генерал-губернатор губернии Санкт-Петербургской; полковник Преображенский лейб-гвардии; полковник над тремя полками; капитан компании бомбардирской; от флота всероссийского вице-адмирал белого флага; кавалер орденов Святого апостола Андрея Первозванного, датского Слона, польского Белого и прусского Черного орлов и Святого Александра Невского кавалер Александр Данилович Меншиков».
Столь громкие титулы светлейшего были подкреплены и огромным состоянием: 90 000 душ крепостных только мужского пола, города Ораниенбаум, Ямбург, Копорье, Раненбург, два города в Малороссии — Почеп и Батурин, вотчины, промысловые заведения, дворцы в Москве и Санкт-Петербурге, Кронштадте и Нарве, Ораниенбауме и Ранненбурге, по роскоши сопоставимые с царскими, на миллион всякой движимости и бриллиантов, более 200 пудов золотой и серебряной посуды и неисчислимое количество «всякой рухляди» — мебель, хрусталь, картины, ковры, одежда и прочая, прочая. Но главным и неразменным его капиталом была любовь к нему Петра Великого…
Он был генералиссимусом и адмиралом белого флага, его заслуги перед Россией были огромны, его жизнь была удивительна, его личное состояние было одним из самых больших в империи, его корыстолюбие не знало границ. Среди «птенцов гнезда Петрова» это самая противоречивая фигура. И уж коли сегодня культурологи так охотно и столь много пишут о мистической природе Санкт-Петербурга, то следует признать, что мистика эта начинается не только с замысла града петрова, но и с какого-то чудесного появления и ухода из судьбы северной столицы ее первого строителя — Меншикова. Будто какая-то сила неземная, породившая в России царя-революционера, вложила в руки ему этот подарок — второе сердце. Недаром же на пышном, «зело изукрашенном» гербе Светлейшего над всем нагромождением геральдических символов возвышалось не что-нибудь, а именно крылатое сердце.
Именно сердце свое видел Петр в единомышленнике Данилыче, о чем свидетельствуют многочисленные письма самого Петра Великого к Меншикову. Как только не называл его Петр! Просто «товарищ», «майн липсте камрат», «Майн Херценкинд», «Майн Гер». Царь частенько приглашал к себе Светлейшего просто повидаться и любил приезжать к нему в дом, чтобы поиграть в шахматы. Меншикову единственному из корреспондентов царя было дозволительно обращаться запросто и даже фамильярно: «Майн герр каптейн» — «Мой господин капитан». Об их совместных пирах, праздниках и гульбищах ходили легенды. На торжествах по случаю «Полтавской виктории» Александр Данилович следовал в парадной колонне рядом с Петром. Все это было просто и естественно для них обоих, потому что именно сердцем, а не страхом привязан был к государю Александр Меншиков.
В таком слиянии главных мужей новейшей истории России можно и нужно видеть не только и не столько мужскую дружбу. Петр Великий тем и велик, что за волосы тянул Россию из вековой болотной гнилости. Известный историк и публицист второй половины ХVIII века Михаил Михайлович Щербатов считал, что путь, пройденный в петровскую эпоху, без Петра пришлось бы проходить за два столетия. Николай Михайлович Карамзин полагал, что для этого понадобилось бы целых шесть веков. Само собою разумеется, что народу российскому от бояр до пахарей не под силу было двигаться столь стремительно не только физически, экономически, но и душевно. Но ведь и в народе случаются гении. Вот именно таким олицетворением гениальности народной стал для истории России Александр Данилович Меншиков. В лице Меншикова Россия поняла, почуяла своего гениального самодержца, откликнулась на его замыслы и пошла за ним. И если Меншиков был действительно «счастья баловень безродный, полудержавный властелин» (как назвал его А.С. Пушкин), то слова эти можно и нужно понимать в народно-историческом смысле.
Благодаря последним изысканиям историков стало известно происхождение Александра Даниловича Меншикова. Род Меншиковых известен в Польше. Отец его, Даниэль Менжик попал в плен во время русско-польской войны 1664 г. и был царским конюшенным у Алексея Михайловича. До появления в окружении молодого царя Александр Меншиков, по одной из версий, торговал на улицах Москвы пирогами. Петру Меншикова представил любимец Петра, швейцарец Лефорт, которого заинтересовал ладный и бойкий паренек. Меншиков легко вписался в свиту царя, приняв не только новый для него образ жизни, но и взгляды и идеи Петра. Царь сумел это оценить и записал вчерашнего «лоточника» в свой потешный полк. Во время учений Александр так отличился натиском на «неприятеля», что Петр произвел его в сержанты. Чин по тем временам немалый. А спустя некоторое время царь сделал его своим денщиком и конфидентом. И Меншиков тут же продемонстрировал свою преданность. Во время одного из застолий в доме Лефорта он спас Петру жизнь: через девушку, дочь участника заговора, он узнал о грозившем царю отравлении.
В 1697 году вместе с Петром Меншиков отправляется в заграничное путешествие. И в Голландии, и в Англии Александр Данилыч проявляет такое усердие в обучении ремеслу кораблестроения и политесу, такое любопытство в познании языков и заграничных примечательностей, что Петр стал брать его на все торжественные приемы в составе свиты Великого посольства.
Через год в Москве вспыхивает стрелецкий бунт. Петр возвращается на родину. В это критическое время Меншиков постоянно рядом с царем. Он рубит головы бунтовщикам, обрезает бороды боярам, своим примером пропагандирует новые для России европейские обычаи.
Это рвение отмечено. Александр Меншиков становится командиром драгунского полка и владельцем первой вотчины — деревеньки Лукина в Московском уезде со 115 крепостными мужского пола. При дворе на него уже многие посматривают с опаской: в большую силу вошел человек. Ведь помимо всего Александр после смерти Лефорта еще и поверенный в амурных делах Петра. Вместе они частенько наведываются в Немецкую слободу к сердечной слабости царя, дочери виноторговца Анне Монс.
В 1702 году вскоре после начала Северной войны фельдмаршал Шереметев одержал победу под Мариенбургом. В числе пленных попала к нему воспитанница пастора Глюка, девица Марта. Шереметев передал ее жене своего полковника Балька, у которого забрал ее для своей жены в услужение Меншиков. В доме царедворца переименованная в Екатерину Трубачевскую, Марта и предстала перед царскими очами. Таким образом, Александр Данилыч крепко укоренился не только в сердце, но и в семье своего командир-бомбардира.
Но отнюдь не только везением был силен Меншиков. Удачу он умел «брать на шпагу». Вот что рассказывают хроники. Осада и штурм крепости Нотебург шли с огромными потерями русских. Петр уже было отдал приказ об отступлении. Но в суматохе сражения посыльный никак не мог добраться до начальника штурма князя Михаила Голицына. Его обогнали драгуны поручика Меншикова. Гарнизон крепости капитулировал! Петр ликовал! Указом от 18 октября 1702 года царь повелевал: «Преображенского полку поручика Александра Даниловича Меншикова во всяких письмах писать губернатором».
В следующем году Меншиков выступает в новой для него роли. Он пишет статью «Во время воинского похода». Это была первая теоретическая военная работа в России, в которой автор попытался регламентировать порядок действий уходящих в поход солдат и военных чинов. Петр высоко оценил творение Меншикова и начертал резолюцию: «Достойное учреждение войску. Piter». Его вторая работа — «Артикул краткий» — во многом способствовала совершенствованию дисциплины и духа русской армии. Эти наставления предписывали войскам чувства воинского долга, чести, патриотизма и гуманного отношения к населению завоеванных земель. Новая работа Меншикова стала основой для последующего Петровского «Устава воинского», созданного Петром в 1716 году.
Во время кампании 1703-1704 годов русские очистили берега Невы от шведов и взяли крепость Ниеншанц. Светлейший опять отличился. Шведский адмирал Нумерс вошел с отрядом кораблей в устье реки. Два корабля встали на якоря невдалеке от крепости. Ранним утром тридцать лодок с солдатами под командованием Петра и Меншикова подкрались к судам. В считанные минуты абордаж завершился победой. Ликующий Петр возложил на себя и любимого Данилыча по ордену Андрея Первозванного. Письмо, направленное своей возлюбленной — девушке из окружения сестры Петра Натальи Дарье Михайловне Арсеньевой — с сообщением о победе, гордый жених подписал на сей раз полным титло: «Шлюссельбургский и Шлотбургский губернатор и кавалер Александр Меншиков».
Б.К. Растрелли. Бюст А.Д. Меншикова. 1716-1717 годы. Бронза, литье, чеканка. Меншиковский дворец, Петербург.Подошел черед и Нарвы. Возглавлял осаду Петр Матвеевич Апраксин, а общее руководство осуществлял как ингерманландский губернатор А.Д. Меншиков. Хотя в крепости уже начинался голод, она не сдавалась. Пленные показывали, что гарнизон ожидает подкрепления в 7400 человек. Это «подкрепление» шведы и получили. Петр и Меншиков придумали военную хитрость: два полка переодели в синие мундиры шведов и устроили сражение с «зелеными»-русскими. Осажденные шведы открыли ворота на помощь «своим». Наши ворвались в крепость, Нарва пала. А затем Меншиков дает отпор шведскому десанту от Санкт-Петербурга. За храбрость и умелые действия Александр Данилыч получает из рук Петра чин генерал-поручика.
К лету 1704 года театр военных действий переносится в Польшу. Карл ХII отнял у польского короля Августа II корону и посадил на трон своего ставленника Станислава Лещинского. В качестве главнокомандующего русской кавалерией в Польшу отправляется Меншиков. Здесь он так энергично бил сторонников Лещинского, что Август пожаловал ему орден Белого Орла. Но еще большую награду выхлопотал ему Петр. Отныне Александр Меншиков стал именоваться «высокографским превосходительством», поскольку получил от венского двора титул «гофа» (графа).
Осенью 1705 года Петр направляет конницу Меншикова в Варшавский поход «чинить поиск, з помощию божиею, сколько возможно». Из него Александр Данилович возвращается победоносным генералом от кавалерии, под командование которого теперь встали все драгунские полки российской армии. Приближалась зима, нужно было расквартировывать армию на зиму. Меншиков не видел места лучше, чем Гродно. Однако уже 13 января Карл ХII приходит под стены города. Виноват в этой конфузии был Светлейший, так как именно его конница не вела разведки. Спасло то, что Карл не решился на штурм, а отступил на восток верст на семьдесят, ожидая, что окруженная армия будет прорываться на восток. В Гродно оставалась самая боеспособная часть русской армии, в том числе два гвардейских полка — Преображенский и Семеновский. И потому Петр советовал маршалу Репнину срочно выйти из Гродно и любым путем продвигаться к русской границе. Но главнокомандующий Огильви, решил дожидаться помощи Августа. Пока шел обмен посланиями, саксонская армия короля, имевшая 30 000 штыков, под Фрауштадтом была разбита наголову восьмитысячным корпусом шведов. Игнорируя чин Огильви, Меншиков фактически возглавил выход русской армии. Из-за непогоды Карл ХII только через неделю сумел восстановить мост через Неман и пуститься в погоню. Но уже через день похода по пинским болотам отказался от преследования. Меншиков же двинулся на юг и к середине мая вошел в Киев.
Обрадованный известием о спасении армии, Петр пишет из Санкт-Петербурга Александру: «Истину сказать, что сей ведомости вовсе здесь стали радосны. А до того хотя и в раю жили, однако всегда на сердце скребло».
Отдохнувшую кавалерию Меншикова Петр направляет в Польшу с предписанием «утеснить» неприятеля, не вступая в «генеральную баталию». Меншиков уезжает в поход уже с титулом князя Священной Римской империи, коим пожаловал его Австрийский кесарь в 1706 году и титулом первого академика в России — членом Британского Королевского общества, почетный диплом которого подписал сам Исаак Ньютон.
Здесь же, в Киеве, 18 августа 1706 г. состоялась и свадьба Александра Даниловича и Дарьи Михайловны, с которой они прожили в счастливом браке; практически до конца жизни.
Несмотря на все уловки шведов, Меншиков навязал им сражение при Калише. Битва продолжалась три часа. Русские пленили 1800 человек, из них 86 офицеров во главе с генералом Мардефельдом. Получив сообщение о столь радостной виктории, Петр по собственному чертежу вытачивает трость, осыпанную алмазами, в награду своему Данилычу.
Калишская победа была первой крупной удачей русских войск в Северной войне. Однако предательство Августа II расстроило надежды русских. Овеянная славой европейских побед, хорошо экипированная за счет Саксонии, Померании, Польши, Эстляндии армия шведов в начале 1708 года двинулась на восток. Армия русских, к тому времени еще уступавшая шведской, действовала по Жолквиевскому стратегическому плану, основу которого по поручению царя составил Меншиков. Суть его заключалась в том, чтобы любое движение шведов (на Москву, Украину или в Силезию) блокировать с четырех сторон русскими силами, опустошать землю перед шведами и изматывать их постоянными уколами, выжидая удобного момента для генерального сражения. Военные историки отмечают большой полководческий талант составителя этого плана, реализация которого в конечном итоге довела шведскую армию до голода и массового дезертирства.
Карл ХII приказал генералу Левенгаупту срочно прибыть из Риги с обозом провианта. Но двигавшийся медленно обоз, сопровождаемый шестнадцатитысячным конвоем, не догнал шведского короля. Петр отправил вслед Карлу армию Шереметева, а сам с Меншиковым во главе восьмитысячного корволанта пошел навстречу Левенгаупту. После недолгих маневров 28 сентября противники встретились у деревни Лесной.
Это сражение было провозвестником Полтавской битвы. Шведы, настигнутые на опушке леса, не смогли реализовать двойное численное превосходство. Сражение было настолько жарким, что через несколько часов боя солдаты с обеих сторон просто садились на землю. Но через два часа подоспевшая помощь драгун Боура, догнавших корволан, решила исход битвы. Левенгаупт бежал, потеряв и обоз, и половину корпуса.
Карл ХII недолго горевал из-за этого поражения. Он надеялся восстановить силы с помощью гетмана Мазепы. Особенно был ему нужен провиант, склады которого были организованы в городе Батурине. Петр направил туда Меншикова. Счет шел буквально на часы. 31 октября Меншиков подошел к Батурину. Крепость отказалась сдаться. Дело могло затянуться, но как всегда на помощь пришел случай. Старшина Прилуцкого полка Иван Нос указал тайную калитку в крепость. Шведы лишились продовольствия и 40 пушек. Петр на радостях писал Светлейшему: «Сего моменту получил я ваше зело радостное писание, за которое вам зело благодарны, паче же бог мздовоздаятель» и пожаловал князю мазепино село Ивановское с деревнями.
Зима 1708-1709-го выдалась необычно суровой на Украине. Шведская армия, терпя нужду и холод, к весне была измотана настолько, что Петр посчитал возможным дать ей генеральное сражение.
Все было в пользу русских. Карл ХII мог выставить не более 30 000 солдат, Петр почти 87 000. У Петра было 102 пушки, у Карла только 39 орудий. Наши войска практически окружили шведов, хотя Карл ХII держал в осаде Полтаву. Моральный дух русской армии во много раз превосходил настроение шведских солдат.
Нетерпеливый шведский король на сутки опередил готовящееся наступление русских. Но сражение пошло по замыслу царя. Победа на некоторое время ошеломила Петра. Бежавшего Карла ХII стали преследовать лишь вечером. Возглавил погоню князь Меншиков. 29 июня шведы достигли Переволочны — небольшого местечка у впадении Ворсклы в Днепр. По совету Мазепы Карл бросил свою армию и ушел в Очаков. Командование остатками армии (свыше 16 000 человек) было поручено Левенгаупту. На рассвете 30 июня шведы увидели драгун Меншикова. Их было только 9 000. Но шведы уже не были способны к сопротивлению, они приняли ультиматум Меншикова.
Переволочна принесла Светлейшему новые лавры. Царь пожаловал его чином фельдмаршала и городами Почеп и Ямполь. Отныне владея 43 362 душ мужеского полу, Меншиков стал вторым после царя душевладельцем в России. Все самые главные события Петровских войн прошли при решающем участии А.Д. Меншикова: Шлиссельбург, Нарва, Калиш, Батурин, Полтава, Переволочна. Ни одного «птенца гнезда Петрова» нельзя поставить рядом со Светлейшим по личному вкладу в победу над шведами.
После Полтавы Меншиков участвовал в военных действиях, но теперь внимание губернатора Санкт-Петербурга направлено на защиту и строительство «Парадиза», как называл Петр Великий свое любимое детище, Санкт-Петербург.
Лишь 27 мая 1703 года будет заложен Санкт-Петербург. Еще через восемь лет в России будут учреждены губернии. А первый губернатор в России уже начинает свою бесконечную и неутомимую деятельность по защите и освоению завоеванных земель. Он сам определяет места для верфей на Ладоге и Свири, организует поиски руд и закладывает два завода — Петровский и Повенецкий для литья корабельных пушек, следит за рубкой леса и строительством первых кораблей, за снабжением воинских частей, подвозом строительных материалов для крепостей, охраной и сменами работных людей, вникает практически в каждое дело.
Начинается строительство Санкт-Петербурга. Заложена Петропавловская крепость. Вблизи нее солдаты ставят домик Петра. Строили свои дома и вельможи: Головкин, Брюс, Шафиров. Заметно выделялся среди них дворец петербургского губернатора, где принимали иностранных послов и проводили царские празднества. Удивляет многообразие обязанностей Меншикова. «Новая столица обязана своим созданием столько же творческой мысли государя, сколько деятельности, сметливости и умению Меншикова», — пишет Н.И. Костомаров. В ноябре 1703 г. осуществилась мечта Петра. В Неве бросил якорь первый иностранный мирный корабль, доставивший соль и вино. Губернатор приветствовал его салютом и наградил смелых моряков: 500 золотых шкиперу и по 30 талеров матросам.
Не забудем, что Светлейший к этому времени обремен еще и многими другими государственными делами. После Полтавской баталии Меншиков занимает пост фельдмаршала, а потом его назначают и Президентом Военной коллегии, сенатором. Не говоря уж о том, что Александр Данилыч выполняет многие (в том числе тайные) поручения Петра…
Но поражает в деятельности Меншикова не только разносторонность и энергия. Ведь он был неграмотен! При всех талантах так и не умудрился научиться читать и писать. Только расписываться. Конечно, у него были и писари и помощники. Но ведь в каждую голову не заглянешь, каждую бумагу с собой не возьмешь. Все держал в памяти!
Продвигаясь от награды к награде, Светлейший и себя не забывал. С начала его взлета отчетливо прорисовывается обратная сторона талантов Алексашки — тяга к роскоши и комфорту. Еще в 1702 году по записи общих издержек на царя и фаворита для Петра было куплено два парика на сумму 10 рублей, а для Данилыча — восемь на 62 рубля. В 1705 г. их общие расходы составили 1225 рублей: на царя сорок аршин полотна для портов, на Данилыча — остальное на штофы, тафты, кисеи, кружева, сукна. Чем выше восходило солнце его славы, тем больше становился аппетит Светлейшего. Начав воровать с малого, он все смелее запускал руку в казну. Алчность, подогреваемая честолюбием и тщеславием, выросла в гигантского монстра. Меншиков замахнулся на корону Российской империи.
Петр Великий почил 28 января 1725 года. Тремя годами раньше он издал указ о праве царствующего назначать себе преемника, предполагая оставить трон своей жене Екатерине. Но однако умер, не написав завещания. Вельможи разделились на партии: одни хотели отдать трон внуку Петра — Петру II. Другие — кому-либо из его дочерей. Но всех опередил Меншиков. Под окна Военной коллегии, где совещались вельможи, он выставил гвардейские полки. На возмущение Президента Военной коллегии Репнина Александр Данилыч ответил тем, что ввел в зал вооруженных офицеров. На российский трон взошла Екатерина. Бывшая прачка и бывший лотошник стали управлять Россией!
 


 

Со смертью Петра Великого был как бы выпущен воздух из всех замыслов. Во всем чувствовалась неустойчивость и усталость. Императрица часто хворала. Меншиков был озабочен только одним — сохранением власти.
Екатерина учреждает Верховный тайный совет. На заседания она не ходит, а председательствует в собрании Александр Меншиков. Он пытается руководить реформами, но лишь увязает в их бестолковщине. Сил у князя поубавилось. Если раньше он часто отказывал себе в послеобеденном отдыхе, то теперь ежедневно по совету врачей «изволит почивать». Реже садится за обеденный стол, больше проводит время с семьей или за шахматами, которые очень любил. Иногда приступы болезни принуждают вообще воздержаться от дел. Никогда не любивший быть в одиночестве, он чурается толпы и посетителей.
Не заставила себя ждать и главная метаморфоза. Если до смерти Петра I Меншиков был ярым противником передачи трона Петру II, то ныне Светлейший становится последовательным сторонником малолетнего претендента. Предвидя скорую кончину Екатерины, а с нею и возможность своего падения, Меншиков придумал породниться с царствующим домом, для чего всего-то надо женить Петра II на старшей дочери, Марии. Правда, та уже была помолвлена с сыном польского графа Сапеги. Но тут наметились более заманчивые перспективы, и Меншиков буквально выдавливает из умирающей Екатерины юридически оформленное завещание о назначении Петра II престолонаследником при условии, что он женится на дочери Светлейшего. Меншиков праздновал победу.
6 мая 1727 года скончалась императрица Екатерина. 7 мая секретарь Верховного тайного совета огласил завещание, по которому Петр II становился императором. Новые, неслыханные милости посыпались на будущего тестя. Будто все ордена России были созданы специально для Светлейшего. Не забыты наградами и все родственники опекуна императора. Штат прислуги семьи Меншиковых разросся до 322 человек. К его услугам 22 гребца и 39 матросов для передвижений по воде. Блеск и пышность двору князя придавали иноземцы на должностях гофмейстеров, портных, берейторов, лекарей, поваров. Самого Светлейшего предполагалось увековечить в грандиозном печатном труде о его деяниях.
Но главное — нужно было женить императора. И Меншиков не спускает с него глаз: садится вместе за обеденный стол, возит на конюшенный двор, на спуск судов, развлекает поездками по городу. Наконец 23 мая двенадцатилетний Петр приезжает просить руки шестнадцатилетней дочери Меншикова. Помолвка состоялась. Светлейший уже получает поздравления от европейских дворов. Но Светлейший от напряжения нервных сил серьезно захворал. Кровохарканье, лихорадка, сильнейшая слабость. Не оставалось даже надежд на выздоровление. Меншиков пишет записки сыну с наставлениями о прилежании к наукам и добродетели, к вельможам Верховного тайного совета с просьбами о заботах в судьбе его семьи и домочадцах. Пишет он и к царю, призывая его быть достойным памяти великого деда, заботиться о супруге светлейшего и держать в советчиках и наставниках барона Остермана.
Петр вначале посещал больного, но потом эти визиты случались все реже. Наконец и совсем прекратились. Юнец освободился от опеки Меншикова и попал под полное влияние князя Ивана Долгорукого, действиями которого руководил хитрый царедворец Остерман. 8 сентября 1727 года к Меншикову прибыл курьер Верховного тайного совета с предписанием не выезжать из дворца. На следующий день вышел царский указ считать недействительными все распоряжения за подписью Меншикова. 9 сентября 1727 г государственная служба Александра Даниловича Меншикова закончилась. Началась последняя страница его жизни — жизни опального и ссыльного вельможи.
Император предписывает ему в сопровождении офицера, капралов и солдат отбыть в нижегородскую деревню. Меншиков просит заменить ссылку на Ранненбург — крепость близ Воронежа. Все, что успели собрать, уложили в тридцать три кареты, коляски и колымаги. 148 человека свиты и прислуги с обозом двинулись из Петербурга. Уже на первый день пути обоз догнал гвардии-адьютант с предписанием отобрать оружие у отъезжающих. 14 октября в Клину догнал новый курьер: приказано отобрать все ордена и помолвное кольцо жениха.
5 января 1728 года началась составление государственной описи имущества Меншикова. Общее количество предметов исчислялось тысячами. Молва говорила о фантастических богатствах Светлейшего. Реально же их оказалось на 400 000 тысяч рублей, правда, без учета вотчин, заводов, крепостных, дворцов, мебели и «прочей рухляди». До конца марта длились допросы Александр Меншиков, но они так ничего и не дали. Именно поэтому в указе от 27 марта смертная казнь была заменена ссылкой в сибирское село Березов с супругой и детьми. Разрешалось взять с собой 10 человек прислуги. Содержание — по рублю на ссыльных и по рублю на всю прислугу в день. «Перед отъездом сняли с Меншикова обыкновенное платье и вместо того дали ему мужицкое, а так же одели и детей его в бараньи шубы и шапки, под которыми были сокрыты кафтаны грубого сукна».
Александр Меншиков с семьей в ссылке — картина И.В. Сурикова «Меншиков в Березове».Выехали 16 апреля. 15 июля сопровождавший обоз лейтенант Крюковский сообщил о сдаче ссыльных в ведение князю Долгорукому — губернатору Тобольской губернии (Тюменской области — редакция). Губернатор дал ссыльным 500 рублей на содержание. Меншиков накупил зерна, мяса, разных орудий, рыболовных снастей и вещей, а остальное раздал бедным. Из Тобольска изгнанников и восемь его слуг повезли в открытых телегах в Березово (ныне город в ХМАО Тюменской области — редакция). Там пригодились Меншикову плотницкие уроки, полученные еще в юности на голландских верфях. Александр Меншиков с помощью слуг построил дом о четырех комнатах и деревянную церковь.
Стойко переносил он все тяготы ссылки и унижения. Через шесть месяцев скончалась от оспы старшая его дочь Мария, бывшая нареченная императора. Заботой отца спаслись от болезни сын и младшая дочь Александра. Сам Александр Данилович Меншиков умер 12 ноября 1729 года. Похоронили Светлейшего в церкви, им же срубленной. Могилу его размыло весенними потоками так, что и следов при всех стараниях за двести лишнем лет найти не смогли.
Велик или мал человек, в конечном итоге вся жизнь его умещается в короткую черточку между годами рождения и смерти. Видимо, в знак смирения перед волей всевышнего эта черточка горизонтальна. По меркам же человеческим эту горизонталь всегда можно заменить некой линией. Линия судьбы Александра Даниловича Меншикова весьма характерна для человека незаурядного: долгий, ослепительно яркий путь восхождения к славе, богатству и власти — и резкое, сокрушительное падение
 

SENATOR — СЕНАТОР